Иллюзия безопасности
После этого моя жизнь начала стремительно разворачиваться в сторону, где у меня рассыпалось последнее ощущение, что я всё ещё хоть как-то контролирую свою жизнь.
Я не хотела уезжать. Не просто «сомневалась» или «не была уверена» — всё моё нутро сопротивлялось. Я цеплялась за любые варианты, за любые паузы, за любую возможность оттянуть переезд, потому что внутри было очень чёткое ощущение, что там не моё место и не моя жизнь. Мне казалось, что если я не сделаю резкого шага, если не оборву всё сразу, то у меня ещё будет шанс выдохнуть, оглядеться, понять, что происходит.
Но он был очень настойчив. Причём эта настойчивость не выглядела как давление — по крайней мере тогда. Он просто начал постепенно встраиваться в моё окружение. Сам находил номера моих друзей, родственников, знакомых. Если я не выходила на связь, он мог напрямую позвонить кому-то из них и спросить, всё ли со мной в порядке.
Каждый такой контакт был под предлогом заботы и беспокойства. Он говорил, что просто волнуется, что не может до меня дозвониться, что переживает за моё состояние. И со стороны это выглядело почти трогательно, будто мужчина правда очень включён и внимателен.
Только сейчас я понимаю, что это было не про заботу, а про контроль. Про отслеживание каждого моего шага даже на расстоянии, про постоянное присутствие в моей жизни, без пауз и границ. Но тогда я этого не видела. И пока я пыталась разобраться в своих чувствах и ощущениях, жизнь уже открывала следующую главу.
Все двадцать три года я жила с убеждением, что не могу иметь детей. С четырнадцати лет — поликистоз, ановуляция, бесконечные диагнозы, обследования, разговоры с врачами. Даже ЭКО всегда ставили под сомнение. Мне говорили, что шансов нет.
Я жила с мыслью, что моё тело уже всё решило за меня, поэтому в каком-то смысле мне казалось, что, несмотря на обстоятельства, я нахожусь в относительной безопасности. Несмотря на то, что всё вокруг летело слишком быстро, я верила, что есть одна зона, где ничего внезапного не должно было случиться.
Когда я рассказала об этом будущему мужу, он отнёсся к этому по-другому. Он дал мне деньги на обследования, потому что очень хотел детей, и мы вместе ходили к врачам, сидели в кабинетах, слушали заключения. Я очень хорошо помню фразу, которую тогда услышала: «Если ты вдруг забеременеешь, ты об этом даже не узнаешь».
Эта фраза тогда окончательно меня успокоила, как будто поставила точку и дала разрешение не просчитывать последствия.
И сразу после этого наш первый секс закончился беременностью.
Да, это было настолько неожиданно и настолько выбивало почву из-под ног, что я долго не могла в это поверить. Я совершенно не понимала, где нахожусь и что происходит с моей жизнью. Я слишком быстро вышла замуж, хотя никогда этого не хотела. Мне было двадцать три. Какие дети? Какие решения «на всю жизнь»?
Конечно, на раннем сроке у меня начался выкидыш, но ребёнка удалось сохранить. Большую часть времени я проводила лёжа, чтобы беременность продолжала развиваться. В итоге на восьмом месяце мне пришлось переехать в Германию к мужу.
Так я оказалась в браке, беременной, в другой стране, без языка и без понимания, как здесь жить, — в состоянии нежеланной интеграции и полной зависимости, которую тогда ещё не осознавала.