«Женщина женщине — дом»: бостонский брак как новая форма отношений

Сегодня все чаще звучит фраза: «Не каждый мужчина, но обязательно мужчина». В ней — не только усталость, накопленная многими женщинами, но и очень точное ощущение времени, в котором мы живем. Времени, когда женщины все чаще ищут не абстрактную поддержку, а вполне конкретную опору: эмоциональную, бытовую, финансовую, человеческую. Не потому, что разучились любить или разочаровались в близости как таковой, а потому, что слишком хорошо знают цену небезопасным отношениям, неравному партнерству и жизни, в которой вся тяжесть быта, материнства и выживания ложится на одни плечи.

На этом фоне все заметнее становится интерес к бостонскому браку — формату, в котором женщины объединяются, чтобы жить вместе, вести общий быт, поддерживать друг друга, делить ответственность, заботу, расходы и просто не оставаться в одиночку перед лицом жизни.

Об этом мы поговорили с Галиной Бойко — феминисткой, предпринимательницей и женщиной, которая не просто говорит о бостонском браке, а делает все, чтобы он стал для других реальной опцией. Галина развивает приложение, где русскоязычные женщины по всему миру могут находить друг друга, объединяться, выстраивать совместный быт, искать опору, выходить из нездоровых и небезопасных отношений, возвращать себе устойчивость и собирать жизнь заново — уже не в одиночку.

— Гала, расскажи свою историю. Как ты пришла к бостонскому браку?

— Наверное, важно начать с того, что я феминистка, и пришла я к этому через ощущение того, как обесценивается женский труд, материнство, вклад женщины в семью. Именно это во многом и определило то, чем я занимаюсь сейчас.

Я в первую очередь мать, а уже потом предпринимательница. Но интерес к своему делу у меня был всегда. Даже когда я работала в найме, я все равно думала о том, как сделать что-то свое. А рождение детей только ускорило этот процесс, потому что полноценного партнерства рядом с мужчиной у меня не получилось. Он не видел во мне человека, который хочет расти и реализовываться, и это было очень болезненно.

Особенно остро это стало чувствоваться после рождения дочки. Финансовый вопрос встал очень резко, а в ответ я все чаще слышала: если тебе что-то нужно — заработай сама. И в какой-то момент я увидела очень страшную для себя вещь: все, что я делаю внутри семьи, как будто не считается трудом вообще. Это воспринималось как функция, как нечто само собой разумеющееся.

Тогда я начала искать способы зарабатывать в декрете. Училась, пробовала разное, пришла в сферу продвижения в соцсетях. И именно в этот период произошла история, которая для меня многое прояснила. Моей дочке было полтора года, я получила шанс попасть в команду после обучения и хотела улететь на несколько дней в Сочи. Это была реальная возможность начать нормально работать онлайн. Но когда я сказала об этом мужу, он спросил: «А с детьми кто будет?» Я ответила: «У детей есть отец». И тогда очень ясно увидела, что человек, который говорил мне «иди и зарабатывай сама», на самом деле не готов поддержать меня даже в этот момент.

Я все равно улетела. А когда вернулась, мы очень сильно поссорились, и я приняла решение, что мне важно уехать с детьми.

— Понимаю, болезненное осознавание. Куда ты уехала? Здесь началась история бостонского брака?

— Да. Я начала звонить подругам и спрашивать, могу ли я временно пожить. Мне было очень важно не ехать к родителям, потому что я понимала: там я остыну, бывший приедет, и все снова вернется на круги своя. Мне нужно было просто выйти из этой системы.

Одна не смогла. Вторая тоже. Я уже в отчаянии открыла телефонную книгу и стала звонить всем подряд. И увидела контакт девушки, с которой когда-то давно работала, еще до первого декрета. У нее самой был полный дом детей в двухкомнатной квартире. Но она сказала: «Приезжай. Разберемся».

Это было невероятно важное для меня время. Именно рядом с ней я окончательно убедилась, что поступила правильно. Это сотрудничество, это женское плечо буквально меня тогда спасло.

Мы прожили вместе две недели, а если бы понадобилось — жили бы и дольше. Пока я была у нее, я искала, куда устроить детей, смотрела работу, подыскивала квартиру. Это был Обнинск: там аренда была дешевле, чем в Москве, и можно было хоть как-то начать собирать жизнь заново. Бывший присылал деньги только на еду — ровно столько, чтобы не мучила совесть, — и ждал, что я не справлюсь и вернусь.

А я, наоборот, довольно быстро увидела, что зарабатывать и обустраивать свою жизнь оказалось проще, чем мне казалось, пока я находилась в тех отношениях. Женщина часто остается не потому, что не может уйти, а потому, что ей кажется, будто она не справится. Но когда появляются конкретные задачи — жилье, деньги, дети, — они почему-то постепенно начинают решаться.

И тогда я очень ясно поняла: если бы раньше знала, что можно объединиться с другой женщиной, я бы, наверное, ушла раньше. Я все ждала, когда начну зарабатывать, но не зарабатывала, потому что вся моя энергия уходила на обслуживание мужчины, его эго и этих отношений. Только вырвавшись из-под его влияния, я увидела, сколько сил это у меня отнимало. И в итоге получилось, что я все равно ушла без стабильного заработка. Значит, могла сделать это и раньше — просто не понимала, что опереться можно не только на мужчину.

— Как ты сама объясняешь, что такое бостонский брак?

— Для меня бостонский брак — это в первую очередь объединение женщин.

Причем не обязательно двух. Это может быть и три женщины, и целая группа. Это могут быть женщины с детьми, это могут быть пенсионерки. У нас, кстати, оказалось, что среди женщин старшего возраста эта идея тоже очень откликается. Они говорят: давайте сдадим свои квартиры и будем жить вместе. И в этом тоже есть логика: это уже не только про вылезти из беды, это еще и про движение к лучшей жизни.

Изначально я пришла к этой идее с мыслью о женщинах, которые находятся в кризисе, которым нужно спасение, нужно на что-то опереться. Но оказалось, что это намного шире. Это может быть не только путь из боли, но и движение к счастью, к удобству, к более устойчивой жизни.

На это, конечно, влияет и экономическая ситуация. Нашему поколению все сложнее. Многие даже не представляют, когда смогут позволить себе собственное жилье. И это тоже подталкивает к объединению. Поэтому я думаю, что это вообще глобальная тенденция, которая в ближайшие годы будет только расти.

— После того первого опыта ты еще жила в формате бостонского брака? Или сейчас ты больше как идеолог и создательница пространства для других?

— Сейчас я в эмиграции, с 2022 года. Так что, по сути, да, я живу в бостонском браке — просто с мамой. Она помогает мне с детьми, я беру на себя другие задачи, и мы объединяем усилия. Благодаря этому мне, конечно, намного легче.

Дальше я рассматриваю для себя возможность переезда. Очень хочется к морю. Когда вопрос с ПМЖ решится, я буду спокойнее смотреть в дальнейшую жизнь — и свою, и детей. И да, я бы с удовольствием использовала этот формат и дальше. Я даже публиковала сторис на эту тему, и желающие были.

— Как вообще выстраивается быт в таких историях? Потому что в теории это звучит красиво, но в жизни все люди очень разные.

— Никакой магии здесь нет. Как и в любых отношениях, очень важны договоренности. Нужно заранее обсуждать привычки, ритм жизни, быт, ожидания, раздражающие факторы. Кто любит готовить, кто как относится к уборке, кому нужно личное пространство, кто на что рассчитывает. Это звучит очень просто, но именно на таких вещах все и держится.

Мне кажется, бостонский брак вообще требует зрелости. Это история не про романтическую иллюзию, а про сотрудничество. Здесь важно уметь разговаривать, договариваться и быть честной в своих ожиданиях.

— А что, как тебе кажется, в таких отношениях может быть сложнее, чем в классических? О чем обычно не думают на старте?

— Мне кажется, здесь есть свои сложности — впрочем, как и в любых отношениях. У меня есть знакомая в Белграде, которая жила в бостонском браке со своей няней. Так сложилось, что они вместе переехали в Сербию и в итоге прожили в таком формате четыре года. Формально одна работала у другой, но по факту у них был общий быт, общая жизнь, совместная организация всего. И недавно она сказала мне очень точную фразу: «Я только сейчас поняла, что это и был бостонский брак».

Самым болезненным для них оказался момент завершения — когда одна из сторон решила выйти из этого формата. И вот к этому, мне кажется, люди часто оказываются не готовы.

Поэтому очень важно заранее обсуждать не только то, как вы будете жить вместе, но и то, как будете расставаться, если однажды захотите разъехаться. Сколько времени дается другой стороне, как это будет происходить, какими словами вы об этом говорите. Потому что к этому моменту вы уже, как правило, становитесь очень близкими людьми — почти как сестры. И выход из такого союза тоже может проживаться как утрата.

— Кому, как тебе кажется, такой формат может не подойти?

— Наверное, тем, кто вообще не умеет сотрудничать и договариваться. Потому что здесь очень много держится на проговаривании. Это история для людей, которые готовы видеть другого человека, учитывать его потребности и честно обозначать свои.

— А как будет устроено ваше приложение и что именно поможет женщинам находить там «своих»?

— У нас все строится через анкеты с привязкой к географии: сначала женщина видит тех, кто находится ближе, потом — дальше по удаленности. При этом мы сразу подсказываем, что важно рассказать о себе. Но, в отличие от классических сайтов знакомств, здесь акцент не на том, какая ты в отношениях и кого ищешь, а на том, с какой целью ты приходишь.

Потому что запросы у всех очень разные. Кому-то нужен человек в своем городе, чтобы по очереди сидеть с детьми. Кому-то — партнерка для совместного быта. Кому-то просто подруга. Кому-то — компания на отпуск. А кому-то важно заранее найти формат, в котором не придется оставаться одной в старости. Поэтому анкеты у нас получаются более честными, практичными и трезвыми.

Плюс в приложении будут теги: например, «бостонский брак», «дружба» и другие форматы. Потому что мы увидели очень важную вещь: людям сейчас в целом не хватает подруг, живого общения, ощущения своего человека рядом. После пандемии это особенно чувствуется. И поэтому приложение получилось шире, чем просто сервис для поиска совместного жилья. Оно вообще про поиск своей женщины, своего круга, своего способа не быть одной.

— Что бы ты сказала женщине, которая прямо сейчас находится в сложной точке и не понимает, что делать дальше?

— Я бы сказала: очень важно получать доступ к информации и идти к другим женщинам. Потому что очень долго нам кажется, что мы должны справляться в одиночку, что нужно еще чуть-чуть потерпеть, еще немного подстроиться, еще немного изменить себя — и тогда все наладится. Но иногда выход начинается не с терпения, а с правильного вопроса к себе: «Хочу ли я через пять лет оставаться в этой же точке?» Если ответ нет, значит, нужно спрашивать дальше: что я могу изменить, куда мне посмотреть, к кому обратиться.

Когда я сама уходила, мне было очень страшно. И я понимаю, что одна, возможно, не справилась бы. Я собрала вокруг себя людей, которые меня поддерживали, и именно это помогло не откатиться назад. Поэтому мой главный совет — не оставаться в изоляции. Идти к людям. Искать поддержку. Меняться опытом. Иногда этого уже достаточно, чтобы жизнь изменилась.