Изначально мы должны были оказаться в Малайзии. Но судьба распорядилась иначе: Казахстан, Германия, и вот теперь — Катар.
Муж в Казахстан уехал первым, я осталась на два тяжёлых месяца в России: оформляла документы, продавала вещи, собирала годы жизни в 4 чемодана. Тогда я чувствовала себя мужчиной — было невыносимо сложно.

В Казахстан мы приехали с ощущением, что уезжаем в неизвестность. Было очень трудно, но именно тогда мы стали ближе с мужем, но все равно было много неопределённости, и внутри это чувствовалось как серость и подвешенность.

Следующей остановкой стала Германия. На самом деле, туда я ехала с радостью. Было предложение по работе, мы заранее готовились, учили немецкий, настраивались.

Но первые месяцы оказались адскими. Мы жили по гостиницам, без вещей, с маленькими детьми. Я тотально потеряла себя. И потеряла все опоры, которые ранее находила в йоге, на нее просто не хватало сил.

Всё, что раньше казалось простым, здесь умножалось на десять: поход в магазин, визит к врачу, звонок по телефону. Помню, как мы всей семьёй сели не в тот трамвай — всего одна остановка, а я сидела и плакала. Или как разрыдалась у директора школы, когда дочке отказали в продлёнке. Хотя через два дома в другой школе место нашлось в тот же день.

Эмиграция делает тебя словно ребёнком: ты учишься с нуля — как купить продукты, как записать ребёнка в сад, как договориться по мелочам.

И вот теперь Катар. Жара под 40 градусов, муж с первых дней на работе, а я с детьми. Мы здесь всего пару недель, и я уже чувствую — началась новая жизнь.

Но сейчас я совсем по-другому смотрю на процесс. Я стараюсь видеть не трудности, а возможности. Мы только начинаем знакомиться со страной, культурой, людьми, и мне очень интересно наблюдать, как этот новый этап раскроется — и для меня, и для нашей семьи.

— Есть ли у тебя ощущение, что каждый переезд — это как новая жизнь?

— Да! Я когда-то услышала фразу: эмиграция — это возможность прожить вторую жизнь в рамках одной. Это про меня. Каждая страна была для меня отдельной жизнью: со своей культурой, людьми, вызовами. Германия дала нам глубину, сделала семью крепче, научила терпению. Катар — это новая жизнь, новый опыт, и я уже открыта к тому, чтобы увидеть, как жизнь здесь меня изменит.

— Что помогает тебе восстанавливаться, когда тревожно или слишком тяжело?

— В Казахстане меня спасала поддержка мужа. Мы проводили много времени вместе, и это дало огромную близость. Ещё меня очень поддерживали люди — новые подруги, женщины из обучения, блог, который я активно вела. Писать и делиться — стало отдушиной.

В Германии меня поддерживали английский язык (он был моим «мостиком» в новую жизнь), психотерапия и снова люди. Были трудные моменты, травмы поднимались на поверхность, но именно это помогло мне распутывать старые узлы. Мы даже с мужем пошли в парную терапию, и это укрепило нас.

И, конечно, моё дело — doTERRA, ароматерапия и масла стали не просто инструментом для себя и семьи. DoTERRA дала возможностью заниматься любимым делом, даже в новой стране, реализовываться, окружить себя интересными женщинами, познакомить их с маслами, как мощнейшим инструментом поддержки в различных ситуациях.

Утренние привычки — йога, чтение, прогулки — всегда возвращали мне устойчивость. Поэтому, переезжая в Катар, я знала: первым делом беру с собой коврик для практики, электронную книгу и диффузор с маслами. Это мой чемодан опоры.

— Что для тебя — внутренняя опора?

— Я думаю, что внутренняя опора — это вера. Вера в Бога, во Вселенную, в то, что всё не случайно и всё к лучшему. Вера в себя — что я справлюсь, даже если сейчас трудно.

Да, есть внешние привычки: утренние ритуалы, работа, семья. Но если вдруг всё это исчезнет, у меня останется главное — эта вера. Она даёт ощущение, что я всегда смогу подняться, что придут нужные люди, откроются новые возможности, и я стану мудрее.

— Очень отзывается твое видение. Мне нравится цитата «Бог хранит нас в бурях, а не от бурь». Соф, а что ты потеряла и что приобрела в каждой стране, в которой жила?

— Потеряла, наверное, только близость с некоторыми людьми: друзья, папа, бабушка — общение стало реже, и это чувствуется. Но главное — я освободилась от ограничивающих установок и страха перемен. Раньше эмиграция казалась невозможной, а теперь я вижу: менять жизнь гораздо проще, чем мы думаем.

А приобрела я смелость, расширенный кругозор, новые возможности и друзей. И, конечно, бесценный опыт растить детей в другой культуре, создавать для них новые традиции и чувствовать себя свободнее.

— А что для тебя значит слово «дом»?

— Дом для меня — это там, где моя семья. Даже гостиница на пару дней может быть «домом». Я умею создавать уют, оживлять пространство. Это моя маленькая суперсила: где бы мы ни были, я могу наполнить место красотой и гармонией. И это возвращает мне чувство устойчивости.

— Если бы ты встретила девушку, которая только собирается переехать, что бы ты ей сказала?

— Я бы сказала: не бойся. Это всегда шаг вперёд. Будет непросто — это факт. Первые месяцы могут казаться лёгкими, но потом накроет волна трудностей. И это нормально.

Важно помнить: у вас всегда есть выбор. Можно вернуться назад, но чаще всего не захочется. Потому что этот шаг открывает новые горизонты.

Я бы советовала учить язык — это невероятно облегчает адаптацию. Искать людей — единомышленников, друзей, наставников.

Использовать все современные инструменты, даже нейросети: они реально упрощают жизнь, помогают решать бытовые и рабочие задачи.
И самое главное — верьте, что всё это к лучшему. Эмиграция приносит не только стресс, но и богатство, красоту и новые возможности. Она раскрывает вас.

— В эмиграции особенно видно: то, на чём мы держим фокус, то и становится нашей реальностью. Если внимание приковано к серости, трудностям и чувству одиночества — жизнь действительно окрашивается в эти тона. Но если мы создаём себе опоры — через рутину, маленькие ритуалы, поддержку близких или новые связи, если позволяем себе верить в лучшее, — то мир постепенно начинает отражать наше внутреннее состояние.

Всё начинается не снаружи, а внутри.